Город на память
view counter

Русский немцу задал перцу. В «Табакерке» поставили Лескова

ЯМОСКВА аватар

Ставить на театральной сцене произведения русских классиков – задача благородная. Переложить литературное произведение с языка художественного на театральный – задача сложная. Заинтересовать, удивить, удержать зрителей – наисложнейшая.

File 372713

Режиссёр Сергей Пускепалис, почти как герой его нового спектакля «Русская война Гуго Пекторалиса» противопоставил немецкой «железной воле» российские душевность и глубину. Олег Грисевич написал пьесу по мотивам повести Лескова «Железная воля», и, как признался режиссёр, они мастерски вплели в спектакль «симпатичные вещи из других произведений Лескова, из «Очарованного странника», «Тупейного художника», «Запечатленного ангела». Все глубинные самокопания человеческие, рефлексия, «тварь ли я дрожащая» и прочая «достоевщина» были чужды Лескову как писателю. Напротив, герой Лескова - собирательный образ русского человека, которого автор наделял гипертрофированными достоинствами. Привыкли мы себя принижать, а ведь гордиться есть чем, как и уважать себя как нацию есть за что.

Одним из основных достоинств спектакля является мультижанровость, но она же создаёт и определённые трудности, поскольку перед зрителем будет и комедия, и драма, будут сатира и гротеск, рок-н-ролл и гитарные риффы замиксуются с ядрёными народными частушками, а обещанные «приключения» сублимируются в тяжелую поверку на прочность. И, в общем-то, всё комическое в спектакле будет растушевано внезапно накатившей грустью. Чисто по-русски будет жалко немецкого инженера с его несгибаемой «шелесный фоля», и совершенно очевидно видна разница между нашими национальными мировоззрениями.

Великолепная сценография, музыкальность, нестандартность, по всем параметрам спектакль можно уверенно отнести к громким премьерам нового сезона. На спектакле «Русская война Гуго Пекторалиса» лежит ещё и дополнительная ответственность, ведь это первая полноценная премьера «Табакерки» после ухода Олега Павловича. Сергей Пускепалис сказал, что «Табаков знал о нашей идее, поставить Лескова, и дал своё благословение, сказав коротко: «Делайте!».

Сергей Пускепалис, режиссёр:

Всё творчество Николая Семёновича Лескова связано с чёткой, внятной и точной позицией. Как можно проверить алгеброй гармонию? Как можно проверить какими-то точными планами нашу российскую бесконечность? О пьесе Лескова «Железная воля» вспомнили в военном 1942 году. Как будто бы он специально приберёг её до определённого момента, чтобы она помогла обрести уверенность, силы, уважение.

Композитор Владимир Купцов написал все мелодии, Алексей Ёлкин сделал замечательные аранжировки. Иван Шибанов прекрасно справился с поставленной задачей. Мы из небытия родили всех этих русских людей, жителей городка, в котором происходит история. У Лескова только полслова о них обронено, надо было придумать. Ребята постарались.

«Железная воля» - объёмная вещь, о природе вещей. Нам не хотелось никого ни обвинять, ни выделять, просто поговорить. Перед нами стояла сложная задача перевести прозу на театральный язык, сделать это оригинально и живо. Зритель потом скажет, удалось нам это или нет.

Иван Шибанов, исполнитель роли  Гуго Карловича Пекторалиса:

Я не играю немца, я играю гордыню. Это главный порок, который как мельничное колесо перемалывает всю жизнь моего персонажа. Гордыня, максимализм, фанатизм это разрушающие демоны. Моего персонажа воспитали эдаким суперменом, внушили ему, что он во всем лучший, и когда он попадает на нашу территорию, которая не подчиняется законам физики, где дважды два не всегда четыре, а чаще пять или три, ему становится очень тяжело.  

Мой герой немец, долго прожил в России, но так и не изучил русский характер до конца. Сам я не дам определение, что же такое «русский характер». Наш характер не поддается определению до конца. Мы богатые нашим народом. Поэтому я присоединюсь к мнению всех наших классиков и отвечу: «Не знаю!»

Единственное что нужно нашей стране это суверенитет. Не трогайте нас!

Мне, как адвокату своей роли, немца жалко,  в зале тоже должны почувствовать, про себя сказать,  ну, что ж ты, паренек, не делай этого, ты же погибнешь. У платоновского Ганса Гюнтера абсолютно такая же история, иностранец приезжает, чтобы здесь сделать хорошо для всех. Но опять же - мы живем в Бермудском треугольнике, не работают у нас законы физики.

Виталий Егоров, исполнитель роди Федора Афанасьевича:

У меня сложилось впечатление, что здесь история не про Пекторалиса, а Николай Семёнович Лесков  забрасывает немца в наши бескрайние просторы русские для того, чтобы устроить здесь некую провокацию. Немецкий инженер, как лазутчик, как партизан, поднимает самые разные аспекты нашего бытия, и мы много узнаем про самих себя, про то, какие мы душевные, прекрасные и замечательные, какой мы удивительный народ, с какой сноровкой, верой. В спектакле много моментов, когда его хочется пожалеть, понимая при этом, что научить невозможно. Иван Шибанов тонко, умно, изящно играет своего героя. Есть сожаление, жалость, симпатия. Мой персонаж это собирательный образ рассказчика-проводника, у которого есть возможность посмотреть на всю эту историю со стороны, сверху и изнутри.

Текст: Наталья Анисимова

 

RSS-материал