Город на память
view counter

Нужна ли нам толерантность?

 

Как бы там наши политики не старались доказать нам, что следует быть толерантными, а социологи не кричали, что корень наших проблем в нетерпимости друг к другу, двойственность понятия «толерантность»  и последствия его обширного внедрения в нашу жизнь бросается в глаза, как девочка в белой майке на школьной дискотеке.

Толерантность тесно связана с таким понятием, как «политкорректность». Вот тут то и начинается самое интересное. Позвольте мне быть нетолерантной и неполиткорректной хотя бы к самим определениям  этих понятий, дабы не лишиться откровенности и прямоты в своих высказываниях. Элементарная боязнь пострадать за свои высказывания, прикрытая завесой всеобщего гуманизма и братства, массовое явление, расползшееся по миру с Запада, вовсю бурлящее в России, постепенно просачивающееся даже в рунет – вот, что, по моему мнению, значит вся эта выдуманная для политики, нарастившей элементы ток-шоу, «показуха».

Нас призывают быть толерантными. Будьте терпимы к тому, к тому и тому. А, впрочем, как относиться к вам, они разберутся сами.  Теоретически предполагается, что за действия, описанные в Уголовном кодексе РФ, власти должны сажать независимо от толерантности и политкорректности; на практике же попытки посадить всякого рода национальные меньшинства и прочие альтернативно законопослушные группировки вызывают жуткий вой как раз на тему толерантности. Небезызвестные погромы в Париже начались, в частности, с того, что местные полицейские погнались за какими-то малолетними арабскими хулиганами, а те не нашли ничего лучше, как спрятаться в трансформаторной будке, где они и сгорели заживо. Виновата, конечно, полиция — травить арабских детей нельзя. А старожилы припоминают бунт чёрных кварталов в Детройте в 1967-ом, когда афроамериканцы, как их следует называть в рамках политкорректного общества,  устроили белым апокалипсис за несколько арестованных братьев. 

Даже хуже: идеология толерантности предполагает, что в УК должны вноситься правки, по которым, если условные арабы напали на французов с целью отобрать у них бумажник, то наказание, может быть, условно 1 год (который могут уменьшить, так как арабы напали на французов от колониального прошлого, постоянного угнетения и стресса жизни во Франции), ну а если французы в итоге нанесли увечья арабам с крикам «Пошли прочь, гнусные арабы!» — то уже французам стоит дать лет десять безо всяких смягчающих, так как бывшие колониальные угнетатели унижают человеческое достоинство арабов!

Таким образом, поскольку каждое меньшинство быстро записывается в угнетаемые, то УК в стране скоро начинает постулировать, что основное предназначение французов — этих самых арабов обслуживать.

Однако следует отметить, что вышеописанное стало возможным из-за тотального заигрывания западных либералов перед иммигрантами, поскольку изначально толерантность давая человеку право быть непохожим на других, не снимала с него обязанности точно так же уважать ценности и законы того места, куда он приехал. И никакое уважение к чужим ценностям не помешало бы судье дать 20 лет аборигену из племени Тумба-Юмба, за совершённое им человеческое жертвоприношение. 

Как ни парадоксально, но понятие толерантности уже изначально предполагает, какую-то нетерпимость. То есть, если мы должны на что-то закрывать глаза, значит это «что-то» неправильное или неприемлемое. Разве нужно быть именно толерантными к другим народам? Мне вот казалось, что народы равноправны по умолчанию, и говорить о том, что представителя той или иной расы нужно уважать, это как постоянно говорить о том, что человеку необходимо дышать. А когда эти слова повторяются как мантра, невольно возникают мысли: «А почему собственно меня в срочном порядке пытаются убедить в том, что их нужно уважать? Не скрывают ли от меня что-нибудь?»  Лично мне проще всего на это и многое другое смотреть на примере детей.

Вот станет мама объяснять ребенку, что такое толерантность, и обязательно скажет: «Это, когда ты уважаешь не таких, как ты». И тут же у ребенка мысль в голове: «Они не такие, как я. Мы разные…»

Пройдя довольно длинный путь сострадания и жалости ко всем, на кого наговаривают, кого называют не теми словами, пришлось признать, что все «обиженные» отчасти сами виноваты в своих проблемах, а если и нет, то ни одно брошенное в их адрес слово, не оскорбит их. Возможно, даже не будет услышанным.

Вся наша проблема в том, что наше существование пришлось на расцвет эры открытий и изобретений. И, если раньше, по вполне понятным причинам, все не могли оставить в покое свои новые фотоаппараты polaroid, тетрисы, позже всевозможные девайсы, мобильные телефоны, то сейчас общество крепко хватается за новое понятие, появившееся в мировом сообществе, и не отпускает, пока не выжмет из него всю личную выгоду.

 

 

 

RSS-материал